Навигация
О нас
На главную alt+a
Форумы alt+f
Темы
Библиотека
Самое-самое
Галерея
Опросы
Справочная
Добавить статью
Библия
Карта сайта
Истинный комикс
Службы ЦХ, mp3
Моя страница
Пользователи
Высказаться
Архив сайта
Статистика
Вход для сотовых
Ссылки
Опрос
А вы слышите сейчас про ЦХ?

Да, и посещаю

Да, часто общаюсь с друзьями из ЦХ

В основном общаюсь с ушедшими

Не общаюсь, но иногда приглашают на собрание

Вообще ничего не слышно про нонешнюю ЦХ

А что такое ЦХ?

Результаты
Другие опросы
Голоса: 2490; Комм-ии 0
Авторизация
Логин
Пароль

Забыли пароль ?

 Участники
Сегодня 0
Вчера 0
Всего 9621
  Онлайн
Гостей 71
Членов 0
Всего 71
Последний fracerarom

Вы Анонимный пользователь. Вы можете зарегист- рироваться здесь. Только зарегистриро- ванные участники име- ют полный доступ.


 Пиковая нагрузка
Гостей 2108 03.04.12 16:17
Членов 31 10.11.13 13:52
Всего   2110 03.04.12 16:17
Поиск
Читайте также
· стенограмма по отрезанию Олега К. 29.03.2005
· "Письмена на стене" Эпилог
· Открытое обращение Славы Троценко к ученикам КЦХ
· Даглас Джакоби: Комментарии к письму Генри Крита
· Часть III: Культура Контроля
· Мои библейские резоны для оставления ЦХ
· Письмо лидеров Церкви Солт Лейк Сити
· История пользователя loop
Подписка
Ваш E-mail:

Тип подписки:

Формат подписки:

Высылается полный текст статей !

Противостояние родителей 09.11.2005
Истории людей
Истории людей

Ocean написал: Эта история написана матерью, чей сын три месяца провел в МЦХ в Лос-Анджелесе, и покинул ее благодаря усилиям своей семьи.

Оригинал находится здесь: http://www.reveal.org/library/stories/people/pfoust.html
Родителям:
если вы столкнулись с Международной Церковью Христа
Памела Фоуст

Содержание
• 1 - Введение
• 2 – Ночной кошмар
• 3 – Отдых с семьей
• 4 – Подготовка
• 5 – Переезд к «братьям»
• 6 – Борьба с отчаянием
• 7 – Луч надежды
• 8 - Депрограммирование
• 9 - Последствия
• 10 – Жизнь после
• 11 – Наши советы, или что следует и чего не следует делать

Введение
Если вы читаете эти строки, то, возможно, кто-то из ваших родных или близких был обращен в Международной Церкви Христа (МЦХ), и вы ищете любую информацию об этой организации. В Интернете можно найти множество рассказов, личных свидетельств, статей и другой информации об МЦХ, исходящей непосредственно от ее бывших членов. Но вряд ли вам удастся найти много рассказов родителей, чьи дети попали в эту организацию.
До лета 2001 года жизнь нашей семьи ничем не отличалась от жизни сотен и сотен других. Отношения между нами нельзя было назвать идеальными – как и в каждой семье, у нас тоже время от времени возникали конфликты и непонимание – но нам всегда удавалось их преодолеть. Я замужем вот уже 21 год (моего мужа зовут Рик), у нас двое замечательных детей: Джастин (19 лет) и Лорен (13,5 лет). 17 последних лет мы прожили в небольшом коттедже на одной из тихих окраин Лос-Анджелеса. Можно сказать, что мы с мужем преуспели, наша семья не бедствует. Дети учились, у каждого из них была своя насыщенная жизнь, в которой хватало места и для многочисленных увлечений, и для семьи, и для друзей. Ни трагедий, ни сильных потрясений, ни даже неустроенности – ничего, что могло бы предвосхитить те события, о которых я хочу рассказать.
28 июля 2001 года наш сын, Джастин Томас Фоуст, крестился в МЦХ. Ровно через три месяца он покинул эту группу. Его решение оставить МЦХ было принято в результате так называемой «интервенции» - добровольного консультирования, которое продлилось несколько дней, в результате которого он осознал истинную сущность этой организации. Мы многим обязаны и горячо благодарим нашего замечательного консультанта, который организовал и провел интервенцию. Он не только настоящий профессионал своего дела, но и отзывчивый, чуткий и заботливый человек, оказавший нашей семье огромную поддержку в то нелегкое время. Также он помог нашему сыну успешно пройти период адаптации после выхода из секты.
Я решила написать эту статью в надежде, что она окажется полезной тем семьям, которые сегодня переживают подобные испытания. Я очень хочу, прежде всего, правдиво описать то пагубное влияние, которое оказало на нашего сына пребывание в МЦХ, и в то же время заверить тех, кто переживает подобные трудности, что не все потеряно. От вас, дорогие родители и близкие тех, кто попал в МЦХ, зависит очень многое. Неважно, насколько безнадежным вам кажется ваше положение, вы по-прежнему можете помочь своим близким покинуть эту группу. Но для успеха в этом деле необходима особая подготовка: все ваши действия должны быть предприняты вовремя, при надлежащей помощи и при участии компетентных и опытных профессионалов.
Переживания, связанные с тем, что мой сын попал в МЦХ, стали для меня самыми тяжелыми и мучительными из всего, что мне довелось испытать. Как будто кто-то похищает душу вашего сына, а вы наблюдаете это, и ничего не можете поделать. На месте родного человека вы неожиданно обнаруживаете незнакомца, как будто вселившегося в тело вашего близкого. Внешне он тот же, он живет рядом с вами, но до него уже не достучаться. Когда я услышала, что он решил оставить МЦХ, я будто воскресла. С того счастливого дня прошло немало времени, но пережитые нами горести и испытания до сих пор свежи в моей памяти. Я надеюсь, что наш опыт принесет вам хоть какую-то пользу, сделав ваш путь к свободе чуточку легче.
Return to Table of Contents
Ночной кошмар
Как-то будним вечером, в июле 2001 года, наш девятнадцатилетний сын Джастин сообщил нам новость, которая перевернула всю нашу жизнь. Ни разу не обмолвившись об этом прежде, и не ища совета, он вдруг заявил, что осенью не вернется в Университет, где должен был продолжить учебу на втором курсе. Причина, которую он привел, показалась нам абсурдной. Он встретил каких-то людей, которые принадлежат к церкви Христа. Они хотят научить его, как вести жизнь «истинного христианина» и избегать греха. Поэтому он должен остаться в Лос-Анджелесе, чтобы они научили его жить по заповедям Христа.
Сказать, что мы были поражены такой новостью – значит, ничего не сказать. «Почему нельзя продолжить учебу, оставаясь христианином?». Его ответом было: потому что люди в Университете не ведут жизнь настоящих христиан. Мы потребовали от него разъяснений. Что это за церковь, о которой он толкует? Где она находится? Что это, в конце концов, за люди, которые внушили ему столь странные мысли? Он ответил: «Эта церковь называется «церковью Христа». Он еще ни разу не был на их службах, но в минувшую субботу принял крещение (его крестил в присутствии других членов этой церкви их проповедник по имени Алан). После крещения его горячо поздравляли, обнимая и уверяя в своей любви, и теперь он убежден, что его новые братья и сестры – самые лучшие люди на земле! Я спросила сына, не сомневается ли он в правильности своего поступка, и он ответил, что не только не сомневается, но и не усомнится никогда, чтобы ни случилось. Не хочет ли он проконсультироваться у психолога? – Нет, он абсолютно уверен, что сделал правильный выбор. – А как насчет священника? – Сын задумался на минуту, и ответил, что может поговорить со священником, но это никак не повлияет на его решение.
На следующий день на работе я кинулась искать любую информацию об этой церкви и проповеднике, о котором рассказывал Джастин. Очень скоро я поняла, что его новые друзья вовсе не являются частью Церкви Христовой, как он полагал. Он просто стал частью Лос-Анджелесской Церкви Христа, которая входит во всемирную религиозную организацию «Международная Церковь Христа» (МЦХ). Еще я узнала, что многие люди вообще не склонны считать ее церковью, по крайней мере, в традиционном понимании этого слова. Чаще, когда речь шла об МЦХ, ее называли «деструктивным культом». Чем больше я узнавала, тем тревожнее становилось у меня на сердце. Я распечатала все документы, которые показались мне наиболее достоверными, и лишь потом приступила к работе.
Тем же вечером, обсудив новости с мужем, мы решили отложить наше объяснение с Джастином до тех пор, пока окончательно не разберемся в том, что из себя преставляет его церковь. Мы прочли все, что я смогла найти, и пришли к выводу, что, скорее всего, имеем дело с сектой, практикующей манипуляции с сознанием своих членов: не столь известной, как организации мунитов или «Дети Бога», но того же толка. Эта церковь убеждала своих последователей в том, что только она несет истину и знает путь к спасению. Она славилась своей неутомимостью в деле привлечения новых членов. Каждый член церкви обязан был регулярно отчислять в нее значительные средства. Из-за бесцеремонной и навязчивой манеры привлекать людей ее изгнали из многих университетов в нашей стране и за рубежом. Читая все это, мы с трудом могли поверить, что наш сын доверился подобной организации. Мы спрашивали себя, как такое могло случиться в нашей семье, как за столь короткое время во взглядах и ценностях нашего сына могли произойти столь разительные перемены!
На следующий день я взяла на работе отгул и осталась дома. Воспользовавшись электронной почтой, я отправила множество сообщений, адресованных тем, кто имел представление об МЦХ и рассказывал о ней в Интернете. Почти вся информация об этой группе, которую мне удалось найти, была очень нелестной. Причем ее было так много, что на подробное изучение этой проблемы ушли бы многие месяцы. Я составила шаблон сообщения, в котором просила разъяснений и помощи в своей проблеме, и рассылала его всем подряд, на все адреса, которые находила на сайтах с информацией об МЦХ.
Через некоторое время наш телефон раскалился от звонков. Звонили незнакомые ребята, и все спрашивали Джастина. На всякий случай, я записывала их имена и телефоны.
Первый ответ, который я получила на свои запросы, был от женщины, которая раньше состояла в МЦХ, а теперь поддерживала сайт с критикой этой церкви. Она посоветовала мне не давать Джастину наличных, потому что так или иначе все его деньги перейдут к МЦХ. Также она посоветовала собрать как можно больше информации об этой церкви и поделиться ею со всеми членами нашей семьи, со всеми нашими друзьями и знакомыми. Это было необходимо не только для того, чтобы они могли осознать произошедшее с Джастином, но и для того, чтобы они сами не стали жертвой агитации членов этой группы. По ее словам сейчас для нас самое важное – любыми средствами сохранить контакт с сыном, и никогда, ни при каких обстоятельствах не говорить ему, что «он попал в секту». Если мы это скажем, его новые «братья» непременно воспользуются нашими словами для того, чтобы возвести между нами и Джастином стену недоверия и непонимания. Она заверила меня, что большинство вовлеченных в эту организацию покидают ее по собственной воле в течение первых 1-2 лет, так что велика вероятность того, что Джастин рано или поздно пересмотрит свое решение. (Но я подумала, что даже если это и так, сколько лет жизни он потеряет перед тем, как уйдет оттуда?) В конце разговора она предложила мне, если мы решимся на «личное консультирование», связаться с человеком по имени Джон _________ (2) и дала мне его электронный адрес.
Я написала Джону сразу же. В тот же день мы созвонились, и в процессе беседы он произвел на меня очень приятное впечатление. Я узнала, что Джон в свое время тоже принадлежал к МЦХ, и даже занимал там видный пост. Позже, покинув эту группу, он решил посвятить свою жизнь помощи тем, кто был обманут учениями различных сект, и, в частности, МЦХ. Он кратко описал, какую именно помощь он мог бы оказать в нашем случае, и обещал поддерживать связь по электронной почте. Он должен был выслать нам анкету, которая поможет ему лучше разобраться в нашей ситуации, а также различные ознакомительные материалы, которые могут оказаться полезными.
После того, как мы тщательно изучили все предложенные материалы и заполнили анкеты, мы созвонились с Джоном и подробно обсудили происходящее в нашей семье. Больше всего из возможных вариантов решения, которые предлагал Джон, нас заинтересовала «интервенция» - своего рода добровольная консультация, в процессе которой наш сын мог был побеседовать с бывшими членами МЦХ, а также обсудить услышанное с нами и со своими друзьями. Обычно такие консультации длятся несколько дней. Консультируемый получает возможность из первых рук узнать правду о том, что представляет собой в действительности та группа, в которую он был вовлечен, каковы ее цели, методы, репутация, убеждения и реальные дела. В процессе бесед, осознавая действительную сущность организации, человек получает возможность трезво оценить последствия своего в ней участия, и уйти. И, хотя большинство семей попавших в секту неохотно прибегает к подобным методам, мы с самого начала решили, что пойдем на это. Изучив огромное количество материалов, мы пришли к выводу, что участие в деятельности МЦХ может нанести нашему сыну столь сильный вред, что мы просто не можем ждать и надеяться на то, что рано или поздно все разрешится «само собой». Мы договорились с Джоном о личной встрече, которая должна была состояться через пару недель, чтобы сразу начать планировать интервенцию.
На следующий день я вернулась с работы позже, чем обычно. Джастин был дома, и не один. Он познакомил меня с молодым человеком по имени Кеннет (я никогда раньше его не встречала) и спросил, может ли он остаться у нас на обед. В ответ я предложила сходить в ближайший ресторанчик, чтобы всем вместе отобедать там. Кеннет мне очень понравился. Он совершенно не походил на тех, кого мы привыкли представлять себе, услышав слово «сектант». Я хотела узнать, не он ли является «наставником» Джастина (то есть человеком, который отвечает за него в МЦХ, которого он должен во всем слушаться и которому должен подражать). Вскоре я поняла, что моя догадка была верной.
Теперь по утрам и поздними вечерами наш телефон разрывался от звонков. Звонили Джастину, и каждый раз он первым подбегал к телефону. Вскоре я заметила, что каждое утро ровно в шесть часов Джастин уходит из дома, а спустя полчаса или час возвращается. Я не спрашивала о том, куда он ходит, а он ни разу не захотел об этом рассказать. Он стал очень скрытным, и еще, временами мне казалось, что он ведет себя неестественно – как будто бы все его чувства, все эмоции кто-то выключил, превратив сына в бездушный автомат. Все больше и больше времени он проводил вне дома, все реже и реже мы виделись, все меньше общались. Мы сомневались, стоит ли начинать с Джастином разговоры о его новом увлечении, тем более что еще не достаточно хорошо разобрались в происходящем и не хотели, чтобы он понял, насколько сильно мы обеспокоены.
Return to Table of Contents
Отдых с семьей
Традиционно последнюю неделю лета перед отъездом Джастина для продолжения учебы в Университете мы всей семьей проводили на отдыхе в одном из ближайших курортных местечек. Прошлым летом мы снимали для этого небольшой домик в тихом городке Герневилле на Русской реке. В этом году нам повезло: мы сняли дом прямо на берегу реки с частным причалом, байдарками и каноэ. Джастин обожал водные виды спорта, и был в полном восторге, когда мы планировали этот отдых. Каково же было наше изумление, когда перед самым отъездом он вдруг заявил, что не сможет к нам присоединиться!
Как объяснил Джастин, поскольку он решил бросить учебу, то для него не имеет смысла оставлять временную работу, которую он нашел на лето. А на работе ему не дадут два выходных подряд. Однако позже мы узнали, что в те выходные, которые мы должны были провести на отдыхе, в МЦХ планировалось большое собрание, и для Джастина это событие было куда важнее, чем какой-то отдых! Честно говоря, такого мы не ожидали. Невозможно было представить себе, что мы будем отдыхать без Джастина – ведь этот выезд был задуман ради того, чтобы отметить начало очередного семестра, его семестра! Джастин впервые отказался от отдыха с семьей. Пытаясь найти выход, я предложила сыну провести с нами хотя бы часть запланированного времени, так, чтобы он мог посетить и свое собрание.
В Санта Розе, городке в пятидесяти километрах от Русской реки, был небольшой аэропорт. Я предложила Джастину вылететь из дома во второй половине дня в воскресенье, после его собрания, и отдохнуть с нами хотя бы несколько дней, до следующей пятницы. Все, что ему нужно было сделать – это договориться на работе о том, чтобы возместить пропущенные дни позже. Мне казалось, что это прекрасный выход из положения, но, к моему удивлению, вместо ожидаемого восторга Джастин сказал лишь, что должен обдумать это предложение, и даст ответ позже. Он тянул с ответом несколько дней. В среду вечером, накануне нашего отъезда, я попросила Джастина, наконец, определиться: мне необходимо было знать, что он решил, чтобы успеть купить билеты на самолет. И тут он неожиданно сказал, что уже отработал те дни, которые должен будет пропустить, и поэтому поедет с нами. Я сразу же кинулась выкупать билеты, и вздохнула с облегчением, только когда они оказались у меня в руках.
Выходные прошли замечательно: все время, пока Джастин был там, казалось, что он совсем не изменился, и перед нами все тот же мальчик, которого мы любим и знаем. Он радовался, как ребенок, и даже начал, как прежде, поддразнивать свою сестру. Ни разу Джастин не заговаривал о своей церкви, мы тоже воздерживались от этой темы. В том месте, где мы были, мобильная связь не работала, так что на протяжении этих дней Джастин не мог связаться ни с кем из своих новых «братьев». Телефон в доме тоже не работал: хозяева отключили его, не желая оплачивать междугородние звонки постояльцев. Мы пользовались каждой минутой отсутствия Джастина, чтобы изучать материалы, присланные Джоном, а также все, что мы могли найти об МЦХ в Интернете. Мы не пренебрегали ничем, что, как нам казалось, могло пригодиться в нашей борьбе за Джастина.
Return to Table of Contents
Подготовка
Вечером накануне нашей первой встречи с Джоном к нам домой неожиданно пришли двое ребят, с которыми Джастин подружился в своей церкви. Это был первый случай, когда кто-то из МЦХ появился у нас дома, если не считать посещения Кеннета за несколько недель до этого. Как и Кеннет, они вели себя безупречно: вежливые, воспитанные, скромные. Когда я пришла, они все вместе смотрели телевизор. Через некоторое время они вместе с Джастином ушли. В тот вечер Джастин вернулся очень поздно – мы все уже были в постелях. На следующее утро Рик ушел на работу, а я зашла к Джастину, чтобы предупредить его о том, что мы с Лорен собираемся пройтись по магазинам и закупить все необходимое к школе. Войдя к нему в комнату, я с изумлением обнаружила в его постели одного из его приятелей, побывавших у нас в гостях накануне. Когда я спросила Джастина, что он там делает, сын ответил, что вчера они очень поздно закончили встречу, и этот парень (кажется, его звали Эдди) не мог попасть домой. В общем, по словам сына, для него проще было остаться ночевать у Джастина, что он и сделал.
Я была очень встревожена этим обстоятельством. Я наслышалась о попытках интервенции, которые были сорваны неожиданным вмешательством других членов секты, стремящихся защитить «брата» от нежелательного влияния. Я терялась в догадках: почему этот парень вдруг оказался у нас дома, а потом ни с того, ни с сего решил остаться у нас на ночь именно тогда, когда в город приехал Джон? Все эти обстоятельства были слишком необычны, чтобы я сочла это простым совпадением. Может быть, Джастин каким-то образом узнал о наших намерениях, и предупредил своих «братьев»? А если это так, что еще ему может быть известно? И как все это может повлиять на наши планы организовать выездное консультирование Джастина? Но самой, пожалуй, тяжелой, была мысль о том, как неузнаваемо изменился мой сын за такой короткий срок.
В конце концов, поколебавшись, мы решились все же не отменять встречу с Джоном. Выслушав нас, Джон согласился, что описанное нами положение звучит не слишком обнадеживающе. И все же он попытался нас ободрить, сказав, что даже если Джастину известно о наших намерениях, это вовсе не означает, что они неосуществимы. Мы провели с Джоном целый день, строя планы, прикидывая разные возможности. В конце концов, мы решили, что проводить интервенцию нужно где-то вдали от нашего дома, в таком месте, где не смогли бы вмешаться другие члены церкви. Конечно, для того, чтобы вывезти Джастина на несколько дней, нужно придумать вескую причину. Джон категорически настаивал на том, что Джастина нельзя обманывать или заманивать на встречу хитростью. В противном случае, даже если интервенция пройдет успешно, в наших отношениях навсегда останется горечь попранного доверия. Тогда мы решили запланировать и провести интервенцию во время одной из наших обычных семейных вылазок на природу, где Джастин смог бы насладиться всеми ожидаемыми развлечениями и отдыхом до того, как встретится с Джоном и другими участниками этого события.
За ход консультирования отвечали Джон и его команда, но убедить Джастина встретиться с ними должны были мы. Джастин должен сам, без малейшего нажима с нашей стороны и уж более какого-либо обмана, согласиться на встречу с Джоном и его помощниками. Он должен ясно представлять себе, какого рода разговор ему предстоит, и кто еще будет его участником. Страх того, что подготовка нашего предприятия может быть раскрыта, усложнял задачу. Кроме того, непросто, не вызывая подозрений, убедить Джастина снова поехать с нами на отдых вскоре после нашего совместного путешествия на Русскую реку. Если в МЦХ заподозрят, что семья Джастина всеми силами пытается отвратить его от этой организации, не попытаются ли они убедить Джастина впредь не принимать от нас никаких предложений? В конце дня мы обещали снова связаться с Джоном, как только продумаем возможные варианты новой семейной поездки.
Return to Table of Contents
Переезд к «братьям»
Выходные прошли без каких-либо неожиданностей, и, несмотря на случай с незваным гостем, я снова поверила в успех. Однако, хорошенько обдумав последние события, я поняла, что пока мы не продвинулись к нашей цели. Если бы я знала, что не пройдет и пары дней, как моя надежда, едва-едва успевшая окрепнуть после встречи с Джоном, снова подвергнется жестокому испытанию!
Через несколько дней, вернувшись с очередного собрания, Джастин объявил о том, что переезжает на съемную квартиру. Он собирался делить это жилье с тремя другими «братьями». Слушая его, я думала: «Вот он, первый сигнал! Джастина и вправду пытаются разделить с семьей, и его намерение уйти из дома, чтобы жить с «братьями» - только начало!». Как много подобных историй я прочла в Интернете! Теперь я была уверена в том, что в МЦХ знают о наших попытках вызволить Джастина, и пытаются всеми средствами ограничить наше общение, разделить нас. МЦХ стремилась уничтожить те остатки влияния, которое мы еще могли оказать на нашего сына.
Джастин поступил в один из местных государственных колледжей, продолжая совмещать учебу с работой в кинотеатре. Мы попытались отговорить Джастина уезжать из дома, напомнив ему о том, что его заработка не хватит на оплату съемного жилья (и это еще не учитывая того, что часть денег он отдавал в МЦХ). «Ничего страшного, - ответил Джастин, и прочел нам несколько отрывков из Библии, общий смысл которых сводился к фразе: «Бог обо всем позаботится». «А что же с колледжем?» - спросили мы сына. Ну, что же, он будет продолжать учиться, и постарается делать это на совесть, но в любом случае сейчас для него самое важное – духовная жизнь и отношения с Богом. Таков был его ответ. Он поставил «отношения с Богом» выше учебы, увлечений, семьи и всего остального, что раньше имело для него значение, и не собирается менять свое решение! И, поскольку дома ему слишком трудно сосредоточиться на «главном», он переедет, и будет жить с теми, кто, по его словам, «разделяет его убеждения».
Помимо того, что после отъезда Джастин будет находиться под влиянием МЦХ 24 часа в сутки 7 дней в неделю, было еще одно очень важное обстоятельство, которое вызывало у меня тревогу. Джастин работал в кинотеатре три дня в неделю, и все эти дни его работа заканчивалась в два часа ночи. Наш дом находился рядом – от него до кинотеатра было около полутора километров. На велосипеде Джастин доезжал от работы до дома за десять минут. Место, где он должен был жить с «братьями», находилось значительно дальше. Кроме того, это был не самый благополучный район города – не трущобы, но и не тихое место. Уровень преступности там был выше, чем в среднем по городу. Среди ночи ездить по этому району на велосипеде означало напрашиваться на неприятности. Мы пытались предостеречь Джастина, но он не отнесся к этому всерьез. Он не думал об опасности, рассуждая о собственной жизни как о чем-то малоценном. Какой смысл беречься: даже если он умрет – тем лучше, ведь тогда он сразу попадет на Небеса. Мы убеждали его в том, что Бог, конечно, не может одобрить беспечности девятнадцатилетнего парня, неизвестно ради чего рискующего жизнью. Но все наши доводы были напрасны.
Нежелание сына прислушаться к доводам здравого смысла буквально выбило почву у меня из-под ног. Я потеряла терпение. На следующий день, закончив работу пораньше, я отправилась прямо в офис МЦХ. Его адрес я нашла в Интернете. Офис оказался довольно просторным, но столь плохо организованным, что с первого взгляда казалось, что его обитатели то ли только что въехали, то ли, наоборот, вот-вот покинут это место. Везде были разложены горы коробок с бумагами, перед единственным рабочим столом с компьютером и телефоном в несколько рядов стояли складные пластмассовые стулья. Я подошла к молодой девушке, сидящей за столом, представилась, предложила свою визитку и попросила проводить меня к кому-либо из ответственных лиц организации. Девушка внимательно выслушала то, что я говорила, и ответила, что здесь располагается лишь административно-хозяйственная служба, и никто из здешних работников не сможет мне помочь.
Я ответила, что в таком случае я прямо сейчас перескажу ей всю мою историю, и пусть она сама назовет мне человека, к которому я могу обратиться. Я объяснила, что мой сын недавно крестился в МЦХ, и теперь собирается переехать жить из дома в квартиру, снимаемую другими «братьями», и что по ряду причин его решение кажется мне крайне опасным. Поскольку он утверждает, что поступает так, опираясь на учение своей церкви, я хочу обратиться непосредственно к тем, кто ответственен за подобное учение. Я пересказала ей все доводы, которые мы с мужем приводили Джастину, и все его ответы, но она по-прежнему настаивала на том, что ничем не может мне помочь. Пока мы разговаривали, из внутренних помещений к нам вышла еще одна женщина. Послушав нас, она коснулась моей руки и мягко, но решительно сказала, что здесь и в самом деле нет никого, кто мог бы решить мою проблему. Я не уходила, тогда она повторила, что мне не стоит терять здесь время: что бы я ни сказала и ни сделала – ничего не изменится. По ее тону я поняла, что меня принимают за неуравновешенную истеричку, от которой можно ожидать чего угодно. Слушая ее, я подумала, что у этих людей, должно быть, богатый опыт общения с взбешенными родителями, раз ничто не способно смутить или тронуть их по-настоящему.
И все же я снова повторила свою историю и той слушательнице, что подошла позже, на этот раз решительно прибавив, что могу пообещать: если с моим сыном что-то случится, следующий же выпуск местной «Таймс» будет цитировать его последние рассуждения, звучащие как прямое обвинение их организации. Конечно, я не представляла, как буду воплощать свою угрозу в жизнь, но по виду той женщины поняла, что мои слова заставили ее задуматься. Она помолчала с минуту, а потом попросила девушку-секретаря дать мне несколько имен и телефонов. Девушка выполнила просьбу, предупредив, что, скорее всего, я не смогу дозвониться до этих людей сразу, но они обязательно перезвонят мне позже, если я оставлю для них сообщение. Я успокоилась только когда вернулась в машину, и только там, наконец, взглянула на полученные «с боем» телефоны:
Алан и Глория Бэрд (310) ХХХ-ХХХХ
Джон и Эмма Коузи (310) YYY-YYYY
Эти имена были мне знакомы. Во время своих изысканий в Интернете я выяснила, что господин Бэрд был ответственен за связи с общественностью и работу юридического отдела МЦХ. А Коузи был «лидером региона», в котором находился «сектор» моего сына. Я решила отложить звонки до тех пор, пока не смогу еще раз переговорить с Джастином. Также я хотела выяснить, узнают ли его лидеры о моем визите в офис МЦХ, и как они поступят в таком случае.
Подошли выходные, но теперь мы едва виделись с Джастином, пропадавшим то на работе, то на бесчисленных встречах МЦХ. Понедельник был Днем Труда, и рано утром его будущие соседи по квартире приехали к нам, чтобы захватить Джастина и поехать на переговоры с хозяином жилья. Я воспользовалась случаем, чтобы пригласить их к нам на ужин. Они колебались, но я убедила их принять предложение: в конце концов, нет ничего предосудительного в том, что родители хотят поближе узнать друзей своего сына. Они обещали прийти, и даже предложили захватить с собой Кеннета, который будет четвертым жильцом «братской квартиры».
Вечером они пришли втроем (без Кеннета), на час позже обозначенного времени, и сразу же предупредили, что не смогут остаться надолго, поскольку им еще нужно успеть на собрание. Я наготовила столько, что моей семье этого хватило бы и на неделю. Но мальчики проглотили все, и так быстро, что мне казалось, будто они заглатывают блюда, не жуя, будто этот ужин – последний в их жизни. Один из друзей Джастина, Эдди, выглядел крайне уставшим. Мне показалось, что он прилагает титанические усилия для того, чтобы не заснуть прямо у нас в гостиной. Другой, Коннор, судя по всему, чувствовал себя прекрасно, и с увлечением рассказывал о футбольной команде своего колледжа. Очевидно, это была его любимая тема для разговоров. Никто из них ни словом не упоминал об МЦХ, и мы с мужем тоже решили не касаться этой темы. Я, правда, снова выразила опасения по поводу того, как Джастин будет среди ночи добираться с работы до их квартиры. К моему удивлению, его друзья меня поддержали, согласившись, что это опасно. Мы тут же договорились, что после работы Джастин будет либо ловить такси, либо приезжать ночевать к нам. Таким образом, мои опасения за безопасность Джастина были разрешены, и я так и не воспользовалась телефонами Бэрда и Коузи.
Return to Table of Contents
Борьба с отчаянием
После переезда Джастина мы почти перестали видеться. Живя в одном городе, мы могли не видеться неделями. Кроме того, в той квартире, где он жил, не было телефона, и мы даже не могли ему позвонить. В тех же редких случаях, когда мы виделись, он вел себя очень отстраненно. Он сильно похудел и выглядел крайне измотанным. Когда мы вместе ехали куда-то на машине, он засыпал сразу же, как только опускался на сиденье. Когда мы расспрашивали его о том, как он живет, или что происходит в церкви, чем он занимается и где бывает, он сразу же замыкался или отвечал так, как будто защищался от незаслуженных нападок. А ведь мы были очень осторожны – тактичны, терпеливы, доброжелательны. Мы очень боялись, что любое неосторожное слово окончательно разрушит наши отношения.
Мало-помалу я впала в отчаяние. Мне казалось, что прежнего Джастина вернуть уже невозможно. Я безумно тревожилась за сына, без конца вспоминая все прошедшие события, стараясь понять, почему он попал под влияние МЦХ, какие мои слова и поступки привели к тому, что он ушел в секту. Я знала, что мои терзания бессмысленны: как утверждают специалисты, никто не застрахован от попадания в секту – это зависит не от личности и жизненных обстоятельств обращенного, а от мастерства вербовщика. Поэтому бессмысленно винить себя в том, что кто-то из ваших близких оказался в секте. Я знала все это, но ничего не могла с собой поделать. Все глубже и глубже впадая в отчаяние, я не могла найти и тоненькой ниточки, способной вывести нас из этого зловещего лабиринта. Мне казалось, что я живу в беспросветной тьме, и нет никакой надежды на спасение! А что, если мы сделаем все возможное, подготовив интервенцию, и даже уговорим Джастина принять в ней участие, но и это не поможет, и он не покинет МЦХ?! Мне казалось, что я не смогу пережить такого, особенно понимая, что второго шанса не будет.
В один из таких дней, находясь в крайне угнетенном состоянии, я написала Джону. Я благодарила его за все, что он уже сделал, и отказывалась от дальнейшей помощи. Я писала, что не верю в успех. По моему мнению, мы не способны уже повлиять на Джастина, и потому я решила отказаться от попыток его переубедить. Может быть, когда Джастин проведет в МЦХ немного больше времени, и его «медовый месяц» там подойдет к концу, мы снова попытаемся организовать интервенцию. Может быть, мы снова свяжемся с Джоном, и попросим о помощи, но сейчас я не верю в то, что он сможет нам помочь.
Я пыталась убедить себя саму в том, что решение на время отступить – самое разумное. Мы не должны больше вмешиваться, по крайней мере, до тех пор, пока что-то не изменится. Но повода думать, что позже у нас будет больше возможностей, у меня не было, а потому мрачные мысли не оставляли меня ни на минуту. Постепенно беспокойство и отчаяние настолько овладели мной, что я потеряла способность сосредоточиться на чем-либо, другие проблемы оставались за бортом, я перестала спать по ночам. Я поняла: надо что-то делать, иначе мои метания приведут меня на кушетку психоаналитика.
Return to Table of Contents
Луч надежды
Через пару недель я обнаружила на автоответчике запись сообщения от одного из лучших друзей Джастина по колледжу – Дейва Д. Он просил сообщить ему новый номер телефона Джастина, и, кстати, сообщил, что не видел нашего сына уже неделю. Я очень хотела откровенно поговорить с Дейвом об изменениях в жизни Джастина, но поначалу колебалась. Я знала, что Джастин приводил Дейва на собрания МЦХ, и не сомневалась в том, что сын пытался его «обратить». Я боялась, что сказанное мною Дейв слово в слово передаст Джастину. Но в то же время я понимала, что, возможно, беседа с Дейвом поможет мне как-то повлиять на сына.
В конце концов, я решилась: я позвонила Дейву и попыталась осторожно выведать у него его личное мнение об МЦХ. К моему удивлению, Дейв охотно ответил на мои расспросы. Более того, оказалось, что он считает МЦХ «опасной, отвратительной сектой». В яблочко! Теперь я знала, что среди друзей Джастина у нас есть, по крайней мере, один союзник. Мы проговорили с Дейвом пару часов. Я рассказала о том, что мы готовим встречу, на которой Джастина попытаются отговорить от участия в делах МЦХ, и Дейв с радостью согласился принять в ней участие. Дейв сказал, что готов сделать все, что в его силах, чтобы вытащить оттуда Джастина. Учась в одном колледже с нашим сыном, Дейв мог не только общаться с ним, но и следить за тем, чтобы Джастин не бросил учебу. Более того, Дейв Д. обещал заручиться поддержкой еще одного близкого друга Джастина – Дейва М.
Этот разговор возродил во мне надежду. Поговорив с Риком и Лорен, мы пришли к выводу, что, отказавшись от попытки провести интервенцию и дать Джастину возможность по своей воле покинуть МЦХ, впоследствии мы можем об этом пожалеть. В конце концов, мы должны хотя бы попытаться. Рассуждая таким образом, я смогла преодолеть свое отчаяние, и мы с мужем снова взялись планировать выездную консультацию. Джастин учился пять дней в неделю, и работал оба выходных. Поэтому, для того, чтобы убедить его уехать с нами на несколько дней, мы должны были придумать столь привлекательную для него программу, что ради нее он решился бы отложить занятия, отпроситься с работы и даже пропустить службу в МЦХ. Мы решили арендовать «плавучий дом» на озере Мид в Неваде, где даже осенью было достаточно тепло, чтобы купаться, кататься на водных лыжах или заняться серфингом. Джастин обожал водные виды спорта, и всегда с восхищением вспоминал каникулы, проведенные в дельте Сакраденто. Итак, нам предстояло найти подходящий отель на берегу или поблизости, где можно было бы разместить участников интервенции, договориться с ними, и составить программу отпуска для нашей семьи.
В самый разгар обсуждения мы неожиданно получили от Джона письмо, в котором он спрашивал нас, не собираемся ли мы изменить свои намерения и все же провести интервенцию. Обсудив с ним текущее состояние дел, мы пришли к выводу, что в ближайшем будущем вряд ли у нас появятся новые преимущества, а потому нужно попытаться провести интервенцию как можно быстрее. Мы назначили дату и договорились приступить к подготовке. Мы арендовали «плавучий дом», забронировали места в гостинице для всех участников консультации. По совету Джона мы выбрали троих бывших членов МЦХ (из тех, с кем познакомились по почте), и попросили их принять участие в этом мероприятии. Это были не обычные люди: один из них раньше занимал в МЦХ весьма влиятельный пост евангелиста, двое других тоже имели довольно большое влияние в своих группах (были лидерами). Одна девушка, согласившаяся нам помочь, четыре года провела в МЦХ, и покинула эту организацию в результате ингтервенции, проведенной Джоном. Двое друзей Джастина («два Дейва») тоже собирались присоединиться к нам, чтобы убедить сына пообщаться с бывшими членами МЦХ. Все было готово, не хватало только одной, самой важной части нашей головоломки – согласия Джастина. Если он не согласится, все наши усилия окажутся напрасными.
Я все еще боялась того, что о нашем общении с Джоном, так или иначе, станет известно в МЦХ. Я хотела знать, насколько бдительно лидеры Джастина охраняют его от внешнего влияния. Если они заподозрят нас в попытках разоблачить МЦХ, то легко смогут помешать нашим планам: для этого им нужно всего лишь отговорить Джастина ехать с нами. Чтобы предотвратить подобный поворот событий, я как-то обмолвилась Джастину о том, что пересмотрела свои взгляды, и уже иначе отношусь к его церкви. Я сказала, что, возможно, судила о ней несправедливо, потому что до сих пор не могла составить собственное представление об МЦХ. Поэтому я хочу вместе с ним пойти на службу, встретиться с его лидерами и друзьями, и сделать выводы самостоятельно. Джастин был очень доволен моим желанием посетить службу.
Здесь, мне, наверное, следует сказать, что пойти на собрание МЦХ мне, конечно, следовало гораздо раньше, и что Джон настоятельно советовал это сделать. Я отказывалась: меня пугала мысль очутиться в гуще сектантов, отнявших у меня сына, и при этом упорно делающих вид, что все прекрасно, тогда как ничего более далекого от истины и вообразить нельзя! Но, с другой стороны, я понимала, что этот мой поступок как ничто другое поможет мне впоследствии убедить Джастина поехать с нами. Придя на службу, я была удивлена тем, что все происходящее выглядело вполне пристойно, все были очень вежливы и дружелюбны, в точности как те из новых друзей Джастина, кто уже побывал у нас дома. Проповедник (его звали Алан) сам подошел ко мне познакомиться, и я получила возможность в присутствии Джастина спросить его о том, правдивы ли те критические замечания о его церкви, которыми переполнен Интернет. Как я и ожидала, он горячо отрицал те факты, о которых я упомянула. Ну что ж, теперь, если кто-то из них попытается надавить на Джастина и заставить его отказаться от поездки, я напомню сыну об этих словах его пастора, и скажу, что, видимо, информация из Интернета все-таки правдива.
На следующий день Джастин неожиданно зашел к нам на ужин. Его нечаянный визит был как раз кстати: в беседе я как бы между делом упомянула о наших планах устроить семейную вылазку на озеро. Мы решили воспользоваться удачной возможностью на две недели арендовать «плавучий дом» на озере Мид (в сезон отпусков сделать это было практически невозможно) – этим и объясняется внезапность нашего предложения. Джастин заинтересовался сразу же. Занятия в школе, работа и мероприятия в МЦХ оставляли мало времени для отдыха, и в глубине души он был рад воспользоваться такой возможностью. Он сказал, что без труда нагонит пропуск в учебе, и, скорее всего, сумеет договориться о краткосрочном отпуске на работе, если уедет во вторник, а вернется в субботу вечером. Как мы обрадовались тому, что он согласился! Поговорив с ним, мы отправились на утренник в школу Лорен, а когда вернулись, Джастина уже не было.
На следующий день Джастин снова заскочил к нам поужинать. Он сказал, что забыл вчера попросить отпуск на работе, но обязательно сделает это сегодня, и сразу же перезвонит нам. Но в тот вечер мы так и не дождались от него вестей. Более того, он даже не пришел ночевать, как обещал. Такой поворот событий снова заставил меня беспокоиться о том, удастся ли нам, в конце концов, воплотить свои намерения. Меня снова стали посещать навязчивые мысли о тщетности наших усилий. Джастин казался таким вдохновленным, когда узнал о поездке, но вдруг это все было лишь притворством? Вдруг его согласие – лишь попытка избежать конфликта и обид в ответ на прямой отказ? Я никак не могла забыть неожиданного появления Эдди у нас дома как раз тогда, когда мы ждали приезда Джона. Я была почти уверена, что и о наших планах провести интервенцию каким-то образом стало известно в МЦХ, и теперь они хотят обвести нас вокруг пальца. Эти опасения, в конце концов, довели меня до того, что я снова решила отказаться от наших планов прямого вмешательства в жизнь Джастина. Глупо было с моей стороны надеяться на успех, я просто дура, поверившая в детскую сказку! В таком настроении я послала Джону длинное письмо, где подробно описала все свои сомнения, в конце прибавив, что теперь уверена: все наши усилия тщетны, наши планы обречены на провал с самого начала. Очень скоро я получила ответ. Как он был непохож на мое письмо! Джон писал о том, что у меня нет никаких причин предаваться такому отчаянию. Он был очень терпелив со мной, он с большим снисхождением относился к частым переменам в моем настроении, был чуток, и в то же время настойчиво повторял, что верит в успех. Он не уставал призывать меня не опускать руки, описывая множество возможностей помочь Джастину, и не прибегая к интервенции. Его оптимистичный настрой снова и снова помогал мне удержаться на краю бездны отчаяния.
Невероятно, но пока я читала ответ Джона на мое отчаянное письмо, мне позвонил Джастин и сказал, что договорился об отпуске на работе, и готов присоединиться к нам! Оказалось, что вчера он не смог позвонить, потому что в кинотеатре было необычно много посетителей, и ему не удалось отвлечься и на минуту. Я сказала, что мы с Риком и Лорен собираемся прийти к нему в церковь на службу следующим утром, а потом хотели бы посидеть где-нибудь в кафе – устроить семейный обед. Я ликовала! Положив трубку, я сразу же пересказала Рику наш разговор с сыном, а моя душа в это время парила в облаках! Я невольно сравнивала силу охвативших меня переживаний с тем временем, когда была порывистым и впечатлительным подростком. С тех самых пор и до злосчастного дня, когда мой сын пришел в МЦХ, я не испытывала столь сильных эмоций: от безмерного ликования до всепоглощающего отчаяния. Чувствуя неловкость за свое последнее письмо Джону, я тут же написала новое. Я писала о последнем звонке Джастина и о том, что своим согласием он дал, наконец, зеленый свет нашим планам.
Все последующие дни в поведении Джастина можно было заметить разительные перемены. Он все больше времени проводил дома, и все меньше – с друзьями из МЦХ. Думаю, изматывающий стиль жизни, который он перенял в МЦХ, уже начал сказываться на его самочувствии: было видно, что он очень устал. Может быть, он невольно начал вспоминать о том, как раньше всегда мог выспаться и вволю поесть домашних блюд. В его квартире не было даже самой простой мебели, он вынужден был проводить ночь в своем спальном мешке, постеленном прямо на полу, а все вещи хранить в картонных коробках. Когда он переезжал, мы не позволили ему взять с собой ничего, кроме одежды и личных вещей – ни компьютера, ни музыкальных инструментов. Если он хочет ими пользоваться – он всегда может это сделать, приехав домой. Он знал об этом. Он всегда мог зайти и поесть дома, но мы не позволяли ему брать денег на еду из наших семейных расходов, или уносить с собой что-либо из холодильника или со стола. Думаю, эти меры помогли ему всерьез оценить свою готовность к тому образу жизни, который он избрал, а также сравнить свою жизнь в МЦХ с той, что была у него раньше, и осознать причины этой разницы. Кроме того, я не хотела, чтобы у него была возможность продавать наши вещи и жертвовать вырученные средства МЦХ.
На последней неделе перед отъездом Джастин заезжал на съемную квартиру только раз – за какой-то книжкой. Я сама подвозила его туда и, не заглушая мотора, ждала в машине, пока он вернется. Мы очень опасались, как пройдет интервенция, потому что, по нашему мнению, Джастин все еще находился на стадии «медового месяца» (когда новообращенный испытывает иррациональную горячую привязанность к организации). Мы сомневались в том, что он уже способен серьезно и объективно оценивать информацию, которую ему должны были предоставить члены команды Джона. Но, внимательно наблюдая за ним всю последнюю неделю, мы пришли к выводу, что сейчас – самое подходящее время для консультации. Похоже, что в его жизни сквозь радужные иллюзии уже проступала реальная картина обманутых ожиданий и двойственности отношений в этой организации.
Вечером накануне отъезда, вернувшись со своего обычного собрания, Джастин сказал, что ему придется поехать на квартиру, чтобы переговорить с «наставником» (они называют такие беседы «временем учения»). Я очень боялась, что его «братья» попытаются отговорить Джастина от поездки или даже запретят ему присоединиться к нам. Кроме того, всего в сорока километрах от того места, где мы должны были остановиться, в Университете Невады в Лас-Вегасе, существовала очень большая община МЦХ. Возможно, они снабдят Джастина телефонами «братьев» оттуда, чтобы, если он почувствует необходимость, он мог с ними связаться в любую минуту.
Перед тем, как он уехал, мы немного поговорили. Помню, я спросила Джастина, наставляет ли он кого-то, и, к своему удивлению, узнала, что Джастин является «наставником» двоих «братьев». Тогда я спросила, привлек ли он уже кого-то в церковь (убедил ли кого-то тоже стать «учеником»). (При этом я старалась употреблять как можно более нейтральные термины, чтобы не оттолкнуть сына.) После некоторого колебания он признался, что «пока никого не привел». Как я поняла, он не был доволен собой. Ему казалось, что он недостаточно много и упорно «делится верой», и Джастин определенно осуждал себя за это. Похоже, он по-прежнему считал МЦХ «единственной истинной церковью Христа на земле». И все же, слушая его, я подозревала, что он не так уж уверен в своей правоте. Может быть, убеждая меня, на самом деле он хочет убедить себя самого? Пока я размышляла, у наших дверей остановилась машина. Водитель просигналил, и Джастин выбежал из дома. Я хотела удостовериться, что он вернулся, поэтому не ложилась спать допоздна. Но его все не было, и в полвторого я заснула, так и не дождавшись его возвращения.
Return to Table of Contents
Интервенция
На следующее утро, едва проснувшись, я кинулась в комнату Джастина. С трепетом приоткрыв дверь, я заглянула внутрь. Как я боялась обнаружить, что он так и не пришел домой! Я успокоилась, только когда увидела под одеялом знакомые очертания. Он здесь, все в порядке! И все же расслабиться я смогла лишь когда в зеркале заднего вида нашей машины проплыли, удаляясь, очертания родного дома. Наша семья в полном составе отправилась на отдых. Дорога до места не запомнилась никакими особенными событиями. Все было, как прежде, когда мы всей семьей отправлялись куда-нибудь на каникулы. Мне трудно было поверить, что эта поездка, в отличие от всех предыдущих, должна закончиться либо величайшей победой, либо величайшим поражением, которое когда-либо выпадало на нашу долю.
Озеро Мид оказалось куда больше, чем мы предполагали, разглядывая картинки на рекламных проспектах. Причал, у которого стояли «плавучие дома», находился в 80 километрах от Боулдер Сити, где должна была состояться встреча Джастина с командой Джона и его помощников. Местечко было очень уединенным. Поблизости находилась лишь одна небольшая гостиница с рестораном. Похоже, что рядом нет ни одной станции мобильной связи. Единственный работающий телефон – это платный автомат в холле гостиницы. «Ну, что ж, - подумала я, – тем лучше. Значит, Джастин не сможет связаться с его братьями – учениками иначе, как обратившись к администрации гостиницы, а в этом случае я обязательно узнаю о звонке».
По совету Джона весь первый день мы провели на воде: катались на водных лыжах, а затем обследовали берег, оглядели все бухты и гроты, в самых живописных местах пришвартовывая «плавучий дом» всего в нескольких метрах от берега. Джастин словно заново превратился в беспечного мальчишку. Не осталось и следа от той отсутствующей, будто машинальной, манеры воспринимать окружающий мир, которая появилась у него с тех пор, как он попал в МЦХ. Он вел себя точно так, как любой другой подросток на отдыхе. Он плескался, резвился с Лорен, и даже поддразнивал ее, как это часто бывало раньше. Он искренне расстроился тому, что на ночь мы пришвартовались к причалу, вместо того чтобы остаться в одной из бухт. Я, как бы между прочим, заметила, что у нас мало провизии, и неплохо бы завтра съездить в город и закупить все необходимое. Мы решили поехать утром, а пока поужинали в ресторане гостиницы и весь вечер провели за игрой в Монополию.
Ночью я неожиданно проснулась и, вспомнив о том, что нам предстоит пережить в ближайшие несколько часов, уже не могла сомкнуть глаз. «Вот он, решающий день!» - подумала я. Я выпила кофе, и, взяв с собой фонарик и «сценарий» предстоящего разговора, вышла на палубу. В «сценарии» мы с мужем расписали примерный ход нашей беседы с Джастином, во время которой нам нужно убедить сына встретиться с бывшими членами МЦХ и выслушать их. Я не хотела сидеть перед Джастином, разложив перед собой бумажки с репликами, поэтому решила освежить в памяти содержание нашей заготовки. Успех предприятия во многом зависел от того, насколько легко будет склонить Джастина к решающему разговору. Через некоторое время ко мне присоединился Рик, и мы шепотом репетировали наши «роли». Даже будучи уверены, что нас нельзя услышать, мы все же не решались говорить громко. Мы решили не привлекать к «репетиции» Лорен. Пусть лучше как следует выспится. У нее было очень мало «реплик», так что если она что-то забудет – это не будет иметь решающего значения для исхода нашей беседы.
Джастин не вставал до тех пор, пока мы не собрались. И даже сидя в машине, он продолжал дремать. «Тем лучше», - подумала я. Чем меньше вопросов о том, куда мы едем, он будет задавать, тем легче нам будет достичь цели. Я поставила диск с классической музыкой, чтобы унять волнение и хоть как-то отвлечься. Всю дорогу до города Джастин спал. При въезде я предложила посетить один из местных музеев, о котором много слышала. Я обращалась к Рику и Лорен, но на самом деле мое предложение было адресовано Джастину. «Музей открывается в десять, а сейчас только четверть десятого, - сказала я, посмотрев на часы, - так что, если поблизости найдется подходящее кафе, мы еще успеем позавтракать».
Глаза Джастина по-прежнему были закрыты, так что я не могла сказать наверняка, слышит он наш разговор, или нет. Музей, как я узнала заранее, находился в одном из городских отелей (местной достопримечательности, построенной в начале 30-х годов прошлого века). Мы отыскали его без труда. Именно здесь мы наметили поговорить с Джастином и попытаться убедить сына пойти на консультацию. Как и было задумано, когда мы нашли этот отель, Рик и Лорен в один голос потребовали остановиться и перекусить. Мы припарковали машину и вошли в гостиницу, на первом этаже которой располагалось уютное кафе. Посетителей было немного, и официантка предложила нам занять уединенное местечко в углу: как раз то, что нужно, учитывая наши планы.
Под предлогом посещения женского туалета я выбралась в холл и позвонила Джону, чтобы сообщить, где мы находимся. Он попросил меня перезвонить еще раз, когда нам подадут еду. По нашей задумке через четверть часа, когда наш завтрак уже должен был подойти к концу, в кафе придут оба Дейва. После второго звонка, убедившись, что друзья Джастина уже в пути, я, едва сдерживая ликование, вернулась за наш столик. Прошло совсем немного времени, и в дверях кафе показались долгожданные гости. Мальчики огляделись, и подошли к нам. Выражение лица Джастина, когда он увидел своих друзей, было столь уморительным, что мы до сих пор частенько посмеиваемся друг с другом, вспоминая об этом в кругу семьи. «Ничего себе, - только и смог сказать наш сын, - вот это совпадение!». Услышав это, я едва могла сдержать улыбку.
Ребята взяли пару стульев и присоединились к нам. Рик поблагодарил их за то, что они согласились прийти, затем придвинулся к Джастину, обнял его за плечи, и начал наш «серьезный разговор». На лице Джастина попеременно выражались искренний восторг при виде друзей, изумление из-за слов отца, который приветствовал их так, будто бы они пришли по его просьбе, и, наконец, серьезная задумчивость, когда Рик признался, что мы все хотели бы откровенно поговорить с ним о «его церкви».
Однако, к нашему изумлению, Джастин легко согласился встретиться и поговорить с бывшими членами МЦХ. Мы напомнили ему о его обещании при случае поговорить о своей вере со священником или евангелистом, и объяснили, что двое из тех, кто приехал по нашей просьбе, когда-то занимали подобные посты в МЦХ. Он помнил о своем обещании и был готов его сдержать. Дейв Д. напомнил Джастину о том, как когда-то Джастин согласился выслушать все его (Дейва) аргументы против МЦХ. Джастин помнил и об этом своем обещании, и так же не имел ничего против того, чтобы его сдержать. Поговорить с бывшими членами МЦХ? Конечно. Он будет рад встретиться с ними. Он уверен в том, что его решение креститься в МЦХ – самое верное решение из тех, которые он когда-либо делал, и он готов отстаивать свою позицию перед кем угодно. Воздержаться от общения со своим «наставником» и кем-либо из друзей в МЦХ, пока он не услышит все, что ему собираются рассказать? Легко! Все, на чем он настаивает – это его право вернуться в Лос-Анджелес в субботу вечером, как мы договорились. Если мы не собираемся помешать ему сделать это – он заранее согласен на все наши условия.
Я вздохнула с облегчением. Как я и надеялась, непоколебимая уверенность Джастина в своей правоте не позволит ему уклониться от участия в консультации. Он совершенно не боялся встречи с бывшими «учениками» - настолько он был уверен в том, что его вера и убеждения, как неприступная крепость, помогут ему перенести любые испытания, включая клевету, гонения и преследования «отступников». Он не сомневался, что разобьет их аргументы в пух и прах, и, вернется обратно как герой, чтобы на воскресной службе рассказать, как его вера помогла ему выйти победителем в нелегком противостоянии с ушедшими из церкви. Никто: ни находящиеся «под властью дьявола» родители и друзья, ни даже лукавые «депрограмматоры» не смогли и на волос поколебать его веру! Я не могла удержаться от мысли, что, как бы он ни расценивал все происходящее в эту минуту, ему и во сне не могло привидеться, что его ожидает на самом деле!
Джастин решил поехать на встречу в обществе своих друзей. Итак, они отправились туда втроем, а мы последовали за ними на своей машине. Как только мы отъехали, я позвонила Джону и предупредила его, что через несколько минут мы будем на месте. Подъехав к месту встречи, мы все инстинктивно окружили Джастина, как будто бы боялись, что он вдруг передумает и сбежит. Мы вошли в гостиницу, где остановились Джон и его команда, поднялись на пятый этаж и остановились перед дверями их номера. Дейв постучал, и нам тут же открыли. Та минута, когда я, наконец, увидела, как Джастин исчезает в дверях этого номера, и услышала приветствия Джона, стала одной из самых памятных минут в моей жизни. Какая это была радость! Мне не хватит слов, чтобы описать, что я переживала. Самое страшное позади, скоро все наши переживания останутся в прошлом. Я чуть не расплакалась прямо там, у дверей комнаты, в которой мой сын, наконец, встретился с Джоном и его соратниками. С трудом взяв себя в руки, я села и принялась ждать. Здесь, в этом номере, наконец, месяцы страха, горя, надежд, трудов и слез должны принести свой плод. Наконец-то, наконец-то наступила минута, когда Джастин сможет узнать правду!
В конце первого дня, глядя со стороны, я не могла бы сказать, тронуло ли Джастина хоть что-то из услышанного. Он слушал очень внимательно, не споря и не прерывая собеседников, но казалось, что он не собирается принимать участие в разговоре. Он отзывался лишь тогда, когда другие участники задавали ему прямой вопрос. Я знала, что по складу своего характера Джастин никогда не был спорщиком. Скорее, он сделает вид, что согласен с оппонентом, кивая и улыбаясь, когда ему что-то пытаются втолковать, но потом все же поступит по-своему. Я очень боялась, что Джону и его друзьям так и не удастся завоевать доверие сына, склонить его к откровенному разговору. Когда вечером пришло время расставаться, к нашему удивлению, Джастин заявил, что не хочет возвращаться на наш «плавучий дом», а предпочитает остаться в гостинице, в номере, который занимали его друзья. Это было хорошим знаком: значит, он не чувствует себя подавленно и не хочет уклониться от общения с теми, кто не разделяет его доверия церкви. Даже ужинать Джастин в тот вечер отправился с обоими Дейвами. Джон сказал, что, по его мнению, все идет прекрасно, и посоветовал нам не волноваться из-за того, что Джастин не принимал активного участия в разговоре.
На следующее утро Дейв Д. и один из членов команды Джона сообщили нам хорошие новости: оказывается, во время ужина накануне Джастин обмолвился, что, возможно, покинет МЦХ. Мы умирали от желания расспросить Джастина об этом его решении, но сдерживали себя, понимая, что ему нужно время, чтобы обдумать все самостоятельно. Весь следующий день Джастин провел в общении с командой Джона, и на этот раз был куда активнее. На обеде он смеялся и шутил вместе со всеми, и даже припоминал некоторые не самые достойные черты своей организации, подтверждающие рассказы бывших членов МЦХ. Тем же вечером мы позвонили кое-кому из наших друзей в Лос-Анджелесе, и Джастин сказал им о том, что пересматривает свое отношение к МЦХ.
Хотя теперь уже было очевидно, что интервенция прошла успешно, мы продолжали встречаться и в понедельник, и во вторник, чтобы укрепить Джастина в его решении и помочь ему подготовиться к встрече с бывшими «братьями» и «сестрами». Мы много говорили о том, как ему лучше вести себя, когда они попытаются убедить его вернуться обратно. К вечеру среды, когда консультация подошла к концу, мы уже знали, что мрачная полоса в жизни нашей семьи закончилась. Благодаря усилиям Джона и его команды Джастин теперь хорошо понимал и то, что представляет собой МЦХ, и то, почему он когда-то был очарован ее учением, а потому я была совершенно уверена, что он уже никогда туда не вернется.
Return to Table of Contents
Последствия
Мы вернулись в Лос-Анджелес вечером в среду. Почти весь следующий день Джастин проспал. Мы не стали отвечать на звонки. Позже, прослушивая автоответчик, мы узнали, что никто из «братьев» Джастина ему не звонил. Вечером в пятницу Джастин, Дейв Д. и я отправились на съемную квартиру, чтобы забрать все его вещи и оставить письмо, в котором Джастин объявлял о своем уходе из МЦХ. К счастью, никого из «братьев» не было дома, потому что в этот вечер все они обычно собирались на «беседу о Библии».
Уже на следующее утро наш телефон разрывался от звонков. Сначала позвонили «братья», с которыми Джастин делил квартиру. Они начали разговор, как ни в чем не бывало, сделав вид, что просто позвонили узнать, как дела. Затем звонили и другие «братья», осторожно «напоминая» Джастину о разных встречах, на которых ему надо присутствовать. В конце концов, позвонил и Алан, евангелист их группы, с предложением о личной встрече. Он хотел, как он выразился, помочь Джастину разобраться в его сомнениях. Джон советовал Джастину отказаться от каких бы то ни было встреч, но Джастин решил, что ему нужно непременно объяснить своим бывшим «собратьям», что у него были весьма веские причины покинуть группу. Я понимала, что его усилия напрасны: никому еще не удавалось переубедить людей, способных смотреть на мир лишь со своей точки зрения, в том, что они тоже могут ошибаться. Однажды усвоив некие религиозные взгляды, они боятся стать в глазах Бога предателями, если пересмотрят свои убеждения. Поэтому они не могут понять, что существуют хоть какие-то оправдания поступкам тех, кто покидает «единственную истинную церковь Бога». Но, к сожалению, Джастин никогда не искал легких путей. Он согласился на встречу с Аланом и Эдди в восемь утра в пятницу в нашем доме. Я предупредила Джастина о том, что отпрошусь с работы и останусь дома, чтобы быть рядом на случай, если что-то пойдет не так.
Чего бы я ни отдала за то, чтобы иметь возможность снять на скрытую камеру выражения лиц Алана и Эдди, когда они увидели меня на пороге дома, в который собирались войти! Они переглянулись, уставились на меня и, наконец, спросили, не собираюсь ли я поехать на работу. В ответ я улыбнулась и подтвердила, что обязательно отправлюсь по своим делам, но только после того, как закончится их встреча с Джастином. Я приготовила кофе, подала сок, фрукты и булочки, пригласила их за стол и заверила, что не собираюсь вмешиваться в разговор. Пусть они не обращают на меня внимания! За пару часов до их прихода мы с Джастином звонили Джону и долго обсуждали эту встречу. Сначала он уговаривал нас отказаться, но мы решили все же принять гостей. Напоследок Джон предупредил, что наша беседа не должна, по крайней мере, длиться больше пятнадцати минут. Также он посоветовал мне по возможности не участвовать в разговоре: пусть Джастин сам говорит за себя. Откровенно говоря, мы оказались неблагодарными слушателями. Вместо пятнадцати минут встреча длилась час с четвертью, и, к сожалению, после всего, что мне пришлось пережить за последние три месяца, я была просто не в состоянии удержаться от комментариев! Кроме того, боюсь, внутренне я ликовала, видя смущение Алана и Эдди, которые не могли в моем присутствии воспользоваться одним из своих излюбленных аргументов о власти сатаны над родителями «учеников».
После этой встречи больше никто не приходил к нам в дом и не предлагал Джастину встретиться где-то еще. Но звонки продолжались. Они могли выждать несколько дней, а потом начать все сначала. Джастину было очень тяжело общаться с ними, потому что для него многие из них были по-настоящему дороги, к тому же, они и в самом деле не были плохими людьми! Они были точно такими же жертвами МЦХ, как и сам Джастин. Джастин не мог запретить им звонить, или даже затрагивать тему МЦХ – это было выше его сил. Он никогда не спорил с ними открыто о том, что считал их заблуждением. Но он перестал отвечать на звонки, и через пару недель его «братья», наконец, поняли, что Джастина не вернуть. К счастью, Джастин пробыл в МЦХ всего три месяца, и еще не успел построить там глубокие, проверенные временем отношения. Потерять такие отношения было бы куда больнее.
Несколько месяцев спустя Джастин открыл мне одно обстоятельство, думая о котором, я до сих пор содрогаюсь, осознавая, как зыбка была наша надежда на успех. Оказывается, в МЦХ планировали провести некую весьма важную встречу как раз в тех выходные, на которые мы наметили интервенцию. Джастин, как и все остальные, обязан был посетить эту встречу: на общем собрании МЦХ было объявлено, что никаких оправданий для того, чтобы ее пропустить, принято не будет. Джастин понимал, что если он хотя бы заикнется о том, что собирается поехать с нами отдыхать, ему тотчас же запретят это делать. Поэтому до самого вечера накануне отъезда он просто никому ничего не говорил. А потом лишь на минуту заскочил на квартиру (я в это время ждала его в машине), и признался «наставнику», что должен уехать. Джастин сослался на свое обещание родителям, сделанное до объявления о собрании, и сказал, что просто забыл рассказать о нем раньше. Он с трудом убедил «наставника» отпустить его с нами, и тот оставил Джастина в покое только после того, как Джастин обещал, что такое происходит в первый и последний раз.
Return to Table of Contents
Жизнь после
Нашей семье действительно повезло. Наш сын пробыл в секте немного времени, ему помогли расстаться с ней задолго до того, как такая жизнь истощила бы все его силы или привела к тотальному разочарованию. Поэтому его опыт пребывания в секте не успел пагубно сказаться ни на его характере, ни на душевном здоровье и благополучии или жизненных перспективах. Более того, он даже не успел разочароваться в своих духовных поисках, что вполне могло бы произойти, если бы он покинул МЦХ сам, разуверившись не только в подобном образе жизни, но и в своих идеалах. Я думаю, в этом нам очень помогло консультирование и успешно проведенная интервенция.
Многие другие люди покидают секты с куда большими потерями. Еще некоторое время после его ухода мы продолжали посещать специальные встречи для бывших членов сект и их родителей. Дети некоторых из них пробыли в МЦХ много лет. Некоторые могли бы провести интервенцию, но не стали этого делать, и сожалеют об этом. Другие прибегали к этому методу, но, как они считают, могли бы что-то сделать иначе, и тогда результаты были бы лучше. Есть и такие, у которых попытка провести интервенцию была сорвана: либо потому, что их ребенок сбежал во время ее проведения, либо из-за вмешательства членов секты, а кто-то, пройдя через это, все равно позже вернулся в секту. Мы разговаривали и с теми из бывших членов секты, кто провел там пять, десять и более лет, и до сих пор горько сожалеет о том, что не покинул ее раньше и потерял столько бесценного времени.
Мы до сих пор общаемся со всеми этими людьми. Те три месяца, которые Джастин провел в МЦХ, мне было так тяжело, что порой казалось – я стою на краю пропасти. Думаю, это было самое тяжелое время в моей жизни. Вспоминая об этих событиях, я понимаю: если несмотря на то, что Джастин провел в МЦХ всего-навсего три месяца, и еще не успел корнями врасти в эту организацию, нам было так трудно ему помочь, насколько же труднее тем, чьи дети провели там годы, в течение которых их родителей снедало отчаяние от ощущения собственного бессилия хоть что-то изменить!
Return to Table of Contents
Наши советы, или что следует и чего не следует делать
Я понимаю, что наш случай – не эталон, поэтому то, что помогало нам, может оказаться бесполезным и даже вредным в случаях с другими людьми. Тем не менее, мне бы хотелось выделить несколько прин

Узнайте больше
Истории людей
Истории людей

· Из пережитого и виденного
— А вы, дорогой лама, как вы сами думаете о Христе?
— Я думаю, — ответил лама, — что Христос и Будда — два брата, только Христос будет светлее и шире, чем Будда. Если бы все люди были чистыми буддистами, — продолжал лама, — они спали бы спокойно; а если бы все люди были чистыми христианами, то они бы вовсе не спали, а вечно бодрствовали в несказанной радости, и тогда земля была бы небом.
— О, — воскликнул я, — как вы, мой друг, рассуждаете! Почему же вы не креститесь? 30.10.2007

· Место действия – Западная Европа, 90-е годы
Мне было семнадцать, когда меня пригласила русская девушка из Москвы. У неё светились глаза, когда она произносила «папочка, спасибо тебе, что я приех... 17.08.2007

· Сейчас, оглядываясь назад, понимаю: я сделала правильное решение, уйдя из МЦХ.
Galina-Kiseleva написала "Сейчас могу сказать, что жизнь прекрасна и удивительна! " 05.02.2007

· Знакомство с мцх и не только
Как сцены короткометражного фильма наш посетитель передает свои ощущения нахождения в ЦХ. Вы улыбнетесь молодому взгляду, а быть может - отсутствию се... 14.08.2006

· Практика духовного насилия в МЦХ
Хотелось бы поделиться с вами своими мыслями по поводу некоторых методик, которые применяются в МЦХ и в особенности применялись ранее.
Сергей Матвейчук 31.07.2006

· Я не считаю ни одну церковь на Земле истинной.
Моя история банальна - я член МЦХ. Я уходила, но вернулась, потому что здесь находятся люди, которые истинно верующие и возможно могли бы быть святыми... 30.06.2006

На печать, email
Предыдущая темаУвеличитьПечатать на принтерПослать статью по e-mailСледующая тема
Связные ссылки
Самая читаемая статья: Истории людей:
Из пережитого и виденного

· Больше про Истории людей
Рейтинг статьи
Средняя оценка: 0
Голоса: 0

Пожалуйста, найдите секунду и проголосуйте за эту статью:


Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо

Грамматика
Re: Добавлено: 11.11.2005 20:04
Цитата:
Однажды усвоив некие религиозные взгляды, они боятся стать в глазах Бога предателями, если пересмотрят свои убеждения. Поэтому они не могут понять, что существуют хоть какие-то оправдания поступкам тех, кто покидает «единственную истинную церковь Бога».

Мама парня о котором идет речь - просто герой.
Ответить   Ответить с цитатой
Виктор Андрейченко
Откуда: Киев Православный
Род занятий: Православный
Сообщения: 494
Re: Добавлено: 12.11.2005 20:17
Цитата:
Я ликовала! Положив трубку, я сразу же пересказала Рику наш разговор с сыном, а моя душа в это время парила в облаках! Я невольно сравнивала силу охвативших меня переживаний с тем временем, когда была порывистым и впечатлительным подростком. С тех самых пор и до злосчастного дня, когда мой сын пришел в МЦХ, я не испытывала столь сильных эмоций: от безмерного ликования до всепоглощающего отчаяния.

Вот тогда она и поняла, наверное, что так притягивает молодых в ЦХ. Сама ж призналась: с юности не испытывала чувств, подобных тем, какие испытала, вступив хоть в какие-то отношения с этой сектой. :lol:
Ответить   Ответить с цитатой
Marianna
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 2722
Re: Добавлено: 14.11.2005 10:55
Не знаю , чё там в Лос-Ангелесе творится , но мы - страшная , отвратительная и мерзкая секта .
Ответить   Ответить с цитатой
St.Vitus
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 3301
Re: Добавлено: 14.11.2005 10:55
Виктор Андрейченко писал(а):
Цитата:
Однажды усвоив некие религиозные взгляды, они боятся стать в глазах Бога предателями, если пересмотрят свои убеждения. Поэтому они не могут понять, что существуют хоть какие-то оправдания поступкам тех, кто покидает «единственную истинную церковь Бога».

Мама парня о котором идет речь - просто герой.

Или лжец . Что равновероятно .
Ответить   Ответить с цитатой
St.Vitus
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 3301
Re: Добавлено: 14.11.2005 11:02
St.Vitus, а может, что кому приятней? ;)
Ответить   Ответить с цитатой
Гость с юга
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 5377
Re: Добавлено: 14.11.2005 11:07
Гость с юга, Мне приятней секс и не ходить на работу .
Ответить   Ответить с цитатой
St.Vitus
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 3301
Re: Добавлено: 14.11.2005 11:13
Сочувствую. Тяжко после отпуска? ;)
Ответить   Ответить с цитатой
Гость с юга
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 5377
Re: Добавлено: 14.11.2005 11:19
Гость с юга, И не говори . " Кто я , где я ? "
Ответить   Ответить с цитатой
St.Vitus
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 3301
Re: Добавлено: 14.11.2005 15:35
St.Vitus писал(а):
Не знаю , чё там в Лос-Ангелесе творится , но мы - страшная , отвратительная и мерзкая секта .

Ну ладно тебе... :P Секта и секта, ты же человек без предрассудков, даже сам, помнится, где-то соглашался с определением. :)
Кстати, помню, как мой муж (тогда еще друг), проповедуя на улице, соглашался со словом "секта", когда нас "обзывали". "Да, мы секта!" Я ему: "Да ты что!" Он: "Ну а что? Правда ведь..." И ничего, много лет еще в ЦХ ходил.
Ответить   Ответить с цитатой
Marianna
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 2722
Re: Добавлено: 14.11.2005 16:17
Marianna, Упор не на слово секта , вообще то .
Ответить   Ответить с цитатой
St.Vitus
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 3301
Re: Добавлено: 14.11.2005 16:33
Ну хорошо. "Вы" - не страшная и отвратительная, а милая и привлекательная секта. :)
Ответить   Ответить с цитатой
Marianna
Откуда:
Род занятий:
Сообщения: 2722
Re: Добавлено: 20.11.2005 23:52
Очень правильная и активная мама!Наверное ,сейчас вытаскивает сына из ночного клуба филателистов или воспитывает ему жену.
Ответить   Ответить с цитатой
Yuriy K.
Откуда: Киев
Род занятий:
Сообщения: 100
Re: Добавлено: 21.11.2005 07:50
Yuriy K., нет. она пишет трактат для одного мальчика из россии "о благотворном влиянии пребывания в секте на психику и другие организмы"
Ответить   Ответить с цитатой
simurg
Откуда: Москва, из МЦХ ушла в 1998г. РПЦ
Род занятий: офисный планктон
Сообщения: 5168
Re: Добавлено: 23.11.2005 00:48
simurg писал(а):
Yuriy K., нет. она пишет трактат для одного мальчика из россии "о благотворном влиянии пребывания в секте на психику и другие организмы"


Да, жуткие вещи творят эти секты!Я как-то читал в одной газете, между кроссвордом и програмкой ТВ,что ,якобы, свидетели Иеговы кого-то то-ли украли,то-ли съели.А вы все ЦХ ,да ЦХ. 8)
Ответить   Ответить с цитатой
Yuriy K.
Откуда: Киев
Род занятий:
Сообщения: 100
Re: Добавлено: 23.11.2005 07:20
Yuriy K., не читайте газеты -- они плохо влияют на сон, особенно те разделы м/у кроссвордом и программкой ТВ -- там же сплошная реклама ;)
Ответить   Ответить с цитатой
simurg
Откуда: Москва, из МЦХ ушла в 1998г. РПЦ
Род занятий: офисный планктон
Сообщения: 5168
 
Reveal.ru - дружественная критика МЦХ (Международная Церковь Христа)
(c) Авторское право сайта Reveal.ru. Все права сохранены.
При полной или частичной перепечатке обязательно указывать авторство Reveal.ru.
К тому-же, при цитировании в сети интернет, убедительно просим ставить гиперссылку на Reveal.ru
Copyright 2006 © by PHP-Nuke :: Открытие страницы: 0.076 секунды
:: Связаться